Москва-Владивосток. Реванш.
Заметка «Москва глазами Владивостокца» была написана в прошлом году, в то время когда я только переехал в Москву из Владивостока. С тех пор кое что изменилось в моём восприятии этого города.
Я стал вполне нормально относится к русским машинам. Нет, я не стал относится к ним хорошо, такого просто быть не может. Я просто стал относится к ним снисходительно — сами ведь развалятся скоро, а пока пускай поживут чуток. Но всё равно мне становится жаль любого человека, который садится за руль «русского убожества» вроде москвича.
Я смерился с расстояниями, с тем что до учёбы нужно добираться 1,5 часа. Мало того, я почти привык к метро. Хотя на самом деле это ужасная вещь, кто пробовал уехать со станций типа Выхино в 7 утра — тот меня поймёт. Такого количества народу не на каждом празднике увидишь. У меня даже появилась привычка перекладывать деньги во внутренние карманы входя в метро, потому что в такой толпе остаться без денег и даже не заметить этого — как два пальца об… асфальт. Про электрички я вообще молчу, метро по сравнению с ними — просто рай.
Я привык к местному фаст-фуду, хотя по началу терпеть его терпеть не мог. А сейчас пиццу за 20 рублей считаю вполне сносной закуской к пиву. Продавщицы в «фастфудовских» ларьках уже знают, что я обычно беру и обычно меня даже не спрашивают «хочу ли я сегодня чего-нибудь другого» — знают ведь что не хочу, так как выбора особого то и нет. Единственно к чему я из еды до сих пор не привык, это — шаурма. Я до сих пор не могу понять как можно есть эту гадость.
Я был удивлён, что гадость типа Балтики пьют и в Москве. Я думал, что эту гадость пьют только во Владивостоке, оказалось нет. Люди пьют Балтику и прочую дрянь с таким видом, как будто бы им это нравится. Хуже того, меня самого иногда можно увидеть не с бутылкой привычного для меня пива вроде Хольстена или Стеллы, а с баночкой Клинского. И вы знаете, это оказывается можно пить.
Я привык к тому, что если у тебя кончились сигареты и денег на пачку нет, то поштучно ты их нигде не найдёшь. Просто не существует мест — где можно было бы за рубль-другой купить пару сигарет и дотянуть до дома где есть деньги или сигареты. Из за этих идиотизмов я уже несколько раз оказывался без сигарет. И теперь есть мысли открыть свой бизнес по продаже сигарет поштучно.
Я теперь нормально реагирую на фразу продавщиц : «молодой человек, рубль поищите, а то у меня сдачи нет». Выходя из дома я беру с собой рублей десять мелочью, что бы можно было купить пачку сигарет в ларьке, поскольку сдачи в три рубля с двадцатки — у них в 6 утра нет. Во Владивостоке мне практически ни разу не спрашивали о мелочи, она была в каждом ларьке мешками. А здесь мелочь — дефицит.
Я считаю нормальным то, что на рабочем столе моего компьютера находится 3 значка для подключения к интернету и все через разных провайдеров. Это Москва — и провайдеров здесь навалом. У одного провайдера очень дешёвый ночной анлимит, у другого довольно приемлемые цены на дневной интернет, у третьего вообще бесплатный доступ к почте. И для меня это уже является нормой. Во Владивостоке провайдеров можно было пересчитать по пальцам и цены у всех были примерно одинаковы. А здесь на прочтение прайс листов и их анализа можно потратить неделю и так и не понять, толи 25-тый провайдер в списке более дешёвый, толи 36-ой.
Но я никогда не смерюсь, с тем — что здесь нет такой обыденной для Владивостокца вещи, как море. Уже весна, порой бывает весьма неплохая и временами даже жаркая погода. Всё идёт к тому, что лето будет неплохим. Возможно это лето и будет неплохим, но оно будет без моря. У меня до сих пор лето подсознательно ассоциируется с морем. Хотя ещё только весна, но я уже скучаю по морю.
3 апреля 2003
